Каждый из нас с детства знает, какое верблюд удивительно-выносливое и полезное существо. Вот ведь чудо: не ест, не пьет неделями, перевозит грузы и щедро раздает свою длинную шерсть нам на одеяла… Но в том, какой он незаменимый друг, особенно в Африке, я убедилась при восхождении на вулкан. А вернее, при ночевке у кратера одного из 5-ти, существующих в мире вулканов с кипящей лавой.  Мой рассказ о ночевке на вулкане Эрта Але. (Ночная дорога к вулкану, как и сам маршрут восхождения по застывшей лаве– это совсем другая история, достойная отдельного рассказа).

Стояла полнолунная, по-африкански коварно-холодная январская ночь. Мы вернулись с кромки вулкана в так называемый туристический лагерь, чтобы поспать часа 3 после 14-ти километрового непростого восхождения к этому чуду света. Тут обязательным условием является завтрашний ранний подъем, чтобы успеть спуститься «на нормальную землю» до того, как палящее эфиопское солнце не вступит в свои права. А потому для сна времени не много, тут нечего рассусоливаться – надо быстро ложиться в спальный мешок и спать.

Сначала расскажу о вулканическом лагере: это более-менее плоская площадка на вершине вулкана, полностью покрытая застывшей лавой. Поскольку вулкан Эрта Але, хоть и пышет огнем и жаром круглосуточно, но характер имеет все-же нордический. Периодически его лава, выплескиваемая мощными столбами, потом слишком медленно сползает вниз, застывая причудливыми глыбами и канатами, так и не успев, из-за своей неповоротливости растечься в ровную поверхность. Получается как-то так.

Канаты застывшей лавы.

Так что поверхность для сна не самая идеальная. Представьте себе обычную пемзу. А теперь представьте себе кучу из кусков пемзы размером с небольшое хоккейное поле. А теперь, как она под натиском ваших шагов хрустит под ногами, и местами проваливается (по колено). А теперь представьте, что это и есть ваша кровать. Лежишь, слушаешь зловещий хруст застывшей лавы при каждом своем повороте с боку на бок, и невольно думаешь: хоть бы не разверзлась эта кровать под тобой и не утянула тебя в загадочные огненные недра.

Ну, как говориться, ради одного из самых ужасных и в то же время прекрасных мест планеты, коим является вулкан Эрта Але, можно пережить и это. Тем более мы знали куда, на что и зачем идем.

Так вот, на этой поверхности выложены небольшие загончики из этих же вулканических камней, высотой чуть ниже колена – это импровизированные комнаты. Думаю, сделали их, чтобы группы туристов не терялись в кромешной тьме ночью и как-то держались кучками. Хотя ребята-автоматчики, как соколы, сидящие на высоких точках лагеря со всех сторон, и охраняющие нас от недружественных ребят из граничащей Эритреи (откровенных террористов, о чем пишу отдельно) посоветовали всем ложиться поближе к «стеночкам» этих комнат. Они-то и натолкнули меня и на другие соображения. В случае стрельбы эритрейских террористов, думаю, эти наши каменные ячейки, вполне могут спасти кому-то из нас жизнь. А случаи, к сожалению, совсем незадолго до нашего восхождения были. Увы, но террористы убили двух немецких туристов…

Вулканическая спальня в африканском стиле.

В центре таких загончиков выкладываются по 4-5 матрасов, которые едут на вулкан на верблюдах за нами, отдельным караваном. На них и предполагается микро-группе ложиться в спальных мешках. Без матраса на лаве, как я убедилась позже, особо не выспишься. Поскольку подъем на вулкан не так уж прост (Ночь. 14 километров. В гору. По глыбам и трескающейся лаве.), то лишних вещей с собой не берешь -  иначе сдохнешь в пути. Маленький рюкзачок с запасом воды (1,5-2 литра) на весь поход, фото и видеокамера, штатив, фонарик, всякие мелочи. Даже твой спальный мешок несут верблюды, что в моих глазах уже ставит этих кораблей пустыни на ступень выше нас по развитию.

В общем, весь микрокомфорт твоего ночлега зависит всего лишь от трех факторов: матраса, привезенного верблюдом; твоего спального мешка (привезенного им же); и степени твоей усталости, которая и позволит в этом каменистом аду «отрубиться».

Сборы на вулкан.

Но здесь важно учитывать еще и климатические особенности этого адского местечка. Вулкан источает много газов и паров. Видимость никакая. В воздухе висит дымка, сильно пахнет сернистыми выбросами. Многие туристы, в частности, японцы, более знакомые по жизни с действующими вулканами, и китайцы, более знакомые с сернистыми выбросами в своих мегаполисах, да и немцы, более знакомые с требованиями ВОЗ к качеству вдыхаемого воздуха, ходят на вулкане в респираторах. Ну, как помниться, что немцу смерть, то русскому – хорошо. Потому наш брат дышит с Эрта Але «одним небом». Но не только зловонием и удушьем портит ночлег вулканический газ. Во-первых, он тяжелый, и быстро оседает на поверхность, во-вторых он теплый. Все это способствует образованию большого количества конденсата.

"Сиреневый туман над нами проплывает…"

В моем случае, именно конденсат сыграл решающую роль. А еще мой дурацкий характер, («тебе что, больше всех надо»?), и когда-то данная клятва Гиппократа. Как водится, стоит появиться в какой-нибудь туристической среде врачу (хоть и бывшему, хотя, как, говорится, бывших не бывает), как тут же он понадобиться. Или как пошутил однажды один парень надо мной в самолете, когда мне в течение 8-ми часов пришлось на борту рейса «Москва-Хабаровск» оказывать помощь умирающему мужику с инфарктом, что «стоит только появиться где-то Эркулю Пуаро, как там же случается маленькое преступление».

В общем, пришлось уделить внимание и дать лекарств от острой желудочной боли нашей милой африканской проводнице-гиду Фане. Затем наложить повязку на голеностоп неловко подвернутой ноги на неровностях Эрта Але нашему гиду Саше… Правда, делалось это моим же шарфиком, так как эластичного бинта на вулкан не захватили, а надо было бы…

Так вот, пока я «врачевала» стопка матрасов к тому времени, снятая с верблюдов и лежавшая на земле, была уже разобрана, и добрая часть группы мирно отошла ко сну, закупорившись в свои коконы-спальные мешки. И только мой одинокий матрас ждал свою хозяйку. Он-то и впитал в себя, оказавшись в самом низу стопки, всю влагу этой суровой реальности. Этой ночью коварный конденсат выбрал мою постель)).

Только я об этом узнала позже, когда всем своим уставшим телом легла на заботливо расстеленный мне благодарным пациентом Сашей спальный мешок. Эффект не заставил себя ждать: матрас оказался не просто влажным, а мокрым, хоть выжимай. В одно мгновение таким же стал мой спальный мешок, а с ним моя куртка, брюки, белье…, то есть всё! 

А тем часом, жизнь шла своим чередом: ночь упорно держала свои + 12 по Цельсию (это днем будет +50, а ночи в пустыне Данакиль холодные), ветер продувал вершину вулкана со всех сторон. Замерзла я минут через 10, да так, что лежать в этой луже и мерзнуть дальше не могла. Решила, что будет разумней ходить, чтобы ветер быстрее просушил мою одежду и движение маленько меня согрело. Не помогло. Ходить особо некуда, видимость плохая, кругом камни, спящий народ, по периметру поблескивают в лунном свете стволы автоматов и глаза наших темнокожих охранников. Если бы не они, я бы, наверное, предпочла снять свои мокрые и холодные куртки и штаны, футболку (в общем, остаться в нижнем белье) и, хотя бы не сидеть в мокрой одежде… Но они, эти ребята с автоматами, имелись.  И, как было оплачено нами по прейскуранту, охраняли наш покой, не смыкая глаз. Ходить в трусах и майке и будоражить несомкнутый африканский глаз наших секьюрити я не отважилась.

Немного поодаль отдыхал караван наших верблюдов, и я решила пойти посмотреть на них. Верблюды мирно отдыхали, подогнув колени и лежа на земле. Некоторые из них сложили головы и закрыли глаза, некоторые что-то пережевывали и тихонько фыркали. Упряжь с них сняли, и они наслаждались прохладой ночи и отсутствием тяжелого груза на горбу.

Я подошла к одному из них, и почему-то на английском сказала, как я замерзла, и почесала его за ухом.  Потом присев на землю, подумала, что, наверное, он понимает и по-русски, и дальше уже жаловалась ему на своем родном.  Жалела и себя и его, сетовала на нашу нелегкую и такую схожую с ним «скотскую» жизнь. Дескать, вот всегда так: чуть свет – тянешь свою ношу, иногда поесть-попить не успеваешь, да еще иногда и погоняют.... То ли мои жалостливые причитания, то ли чесание за ухом как-то расположили верблюда ко мне, и он прижался сначала головой, а потом и всем корпусом. Увидев нашу идиллию, соседний верблюд решил тоже подтянуться поближе, чтобы получить свою порцию моих откровений и чесания за ухом…  Теперь я сидела плотно зажатая двумя живыми, теплыми шерстяными глыбами. Смотрела на чуть видимые в дыму звезды, полную Луну, и говорила, говорила…, говорила с моими горбатыми соседями. А они слушали, внимательно смотря в мои серые европейские очи своими безумно красивыми иссиня-черными глазищами, и терлись о меня головами…

 Если вы не знаете, как выглядит рай и где он находится, я вам расскажу. Он точно где-то в холодной и суровой ночи Африки, чуть выше жерла преисподней, каждую секунду угрожающей выплеснуть на вас всю свою огненную лаву. Он, этот рай, аккуратно спрятался между двумя теплыми и мягкими верблюдами, готовыми вас согреть и понять, чьи умные и печальные глаза с длинными ресницами будут смотреть на вас до утра, проявляя самое глубокое и искреннее в мире сочувствие.

"Эти глаза напротив..."

С приближением рассвета наши проводники стали будить туристов. Пришел погонщик запрягать, таких уже родных мне верблюдов. Я отправилась к своему «неиспользованному спальному месту», чтобы отжать воду, скрутить свой насквозь мокрый спальник и сдать такой же матрас. Над нашим лагерем висел вулканический дым и утренний туман. Когда я появилась из этого тумана, подходя к нашим, услышала от кого-то из ребят: «О! Оксана, а ты откуда?». Думаю, мой читатель, ответ и у тебя уже напросился сам собой: «От верблюда!!!»  

… Главное произнести это с правильной интонацией, чтобы в голосе звучал бархат, мягкий, как верблюжья шерсть, угадывалось умиротворение, и приятным теплом, после совместно проведенной незабываемой ночи)), разливалась в воздухе любовь к этим потрясающе умным и нежным существам.

Утро. Постельная сцена. (справа, в ярко-розовой и насквозь мокрой куртке немного видно мое согретое верблюдами тело)".

Жерло вулкана Эрта-Але. Магическая красота!